Образ воды (часть-4)

water_jyulen

Вода — образ изменчивости стратегии

Продолжим сравнение: так же, как вода «не имеет постоянной формы», войска «не имеют такого потенциала, который был бы постоянен» (Сунь-цзы, гл.6, «Сю ши»). Вода символизирует потенциал не только своей способностью к приспособлению, но и своей изменчивостью. Совершенно очевидно, что положение противника всегда в той или иной мере меняется, поэтому если я продолжаю к нему приспосабливаться, я сам постоянно трансформируюсь. Следует различать эти два понятия, ибо они хотя и близки (бянь — хуа [78]), но соответствуют двум различным уровня применения. Если в начале процесса модификация может быть только точечной, то для приспособления к ней мне приходится мобилизовать все свой силы; но полностью изменяясь под ее влиянием, я обновляюсь изнутри и постоянно остаюсь динамичным. Поскольку последствия этого процесса проявляются беспрестанно, здесь уже не приходится говорить об эффективности — такое понятие кажется слишком ограниченным, неприменимым к изменениям, зависящим от изменений состояния противника. Когда наши действия не преследуют цели добиться победы — это и называется истинной, божественной способностью приносить эффект (ibid). Способность приносить эффект — понятие тонкое, непостижимое, близкое к понятию «основания имманентности»: к тому, ¦то дает обоснование мира — «дней» и «времен года»; самое «божественное» по своему истоку од-ювременно и есть самое естественное. В связи с )тим необходимо различать «постоянное» и «из-ленчивое»: на войне существует «неизменная» югика, но «потенциал» преобразуется так же, как юда, обладающая неизменной «природой», но способной изменять свою форму [79] (Ван Си). В cамом деле, когда неизменная природа воды вле-1ет ее все ниже и ниже, она не имеет постоянной формы, потому что ее форма определяется рельефом местности; точно так же, если на войне су-цествуст одна неизменная логика — нападать на •лабые пункты, то потенциал при этом беспрерывно  меняется, потому что он зависит от противника, с которым имеют дело, так что слабые пункты при этом будут всякий раз иные — в зависимости от ситуации.

Без неизменной формы невозможно построить модель

Именно поэтому невозможно смоделировать войну, построить ее модель или образец (eidos), применимый во всех случаях: «Нападение и защита — очень тонкие понятия, невозможно их гочно определить» (Ли Цюань). Ибо закрепление формы, выражение ее в рамках какой-либо парадигмы приводит к потере всего потенциала. При невозможности смоделировать конфликт, поскольку он постоянно изменяется, нам остается только обозначить его как переменную величину: вместо того чтобы строить теорию форм, китайские мыслители разрабатывают систему различий. Иными словами, они не стремятся выделить общие, более или менее постоянные черты, а исследуют границы возможных изменений. Для них не стоит вопрос идентификации, столь важный в европейской метафизике, а скорее — вопрос инвентаризации (возможностей как ресурсов). Таким образом, после того как разобрана та единственная логика, что свойственна войне, автору военного трактата остается только наметить общую картину всех отклонений. Причем не тех отклонений, которые были бы связаны с реализацией его логики мышления, но отклонений, возникающих в результате разнообразия возможных ситуаций, которые исследуются этой единой логикой во всех направлениях, что позволяет получить общую картину явления и затем уже проводить сравнения.

В последних главах трактата речь идей о «Девяти землях» («девять» в данном случае — не точное количество, а указание на нечто предельное, чрезмерное — «изменения, доведенные до крайностей»). «Земли» различаются в зависимо-сти от того находится ли участок земли на «нижнем уровне», можно ли с ним «связаться», или же он «отрезан от всего», или «закрыт», или «губителен» и т.д.; или же «участку земли» приписывают более широкий смысл: в зависимости от того, является ли он «рассеянным», «легким», «соединяющим», «разъединяющим», «тяжелым», «трудным» и т.д. Эти различия перечислены для того, чтобы можно было ими воспользоваться в зависимости от ситуации; они помогают нам увидеть, каким образом происходит переход от одного к другому: «Если полководец не понимает значения девяти переменных (тун [80]), наблюдая, как они сообщаются между собой, напрасным будет его знание рельефа местности, ибо он не сможет им воспользоваться» (Сунь-цзы, гл.8, «Цзю бянь»). Эта картина не имеет отношения к настоящей науке топологии, ее цель — не рассматривать и классифицировать отдельно каждый случай (доказательством этому может служить то, что рубрики и названия могут переноситься из одного списка в другой), а выявить возможности изменений. Ведь известно, что на войне не бывает большей опасности, чем оставаться неподвижным в каком-то одном положении. Нет ничего хуже, как следовать определенным правилам и требованиям, поскольку, они не позволяют проявить достаточно гибкости и мешают воспользоваться изменившейся ситуацией, то есть именно тем, что создает потенциал (то же самое относится и к этике).

Не существует ничего, говорится в трактате, чем бы «стоило дорожить любой ценой» (таков смысл би [81]; Сунь-цзы, гл.8 , «Цзю бянь»): ни «рисковать своей жизнью», ни «спасать свою жизнь», ни «выходить из себя», ни оставаться «чистым» и «честным», ни даже «спасать свой народ» (своих солдат). Дело в том, что любую позицию можно обсуждть, даже сам факт, что вы приняли ту или иную позицию, уже вызывает сомнение, так как действуя исходя из определенной позиции, мы не сможем приспособить наше поведение к постоянно изменяющейся ситуации, и в конце концов наши принципы приведут к тому, что мы будем «убиты», «пленены», «подвергнуты насмешкам», «оскорблениям», «поставлены в безвыходное положение». Как и мудреца (ср. у Конфуция — «Лунь юй», IV, 10), «стратега невозможно закрепить в одной точке»; искусство стратегии в том и состоит, чтобы уметь резко все менять, так же, как это происходит в жизни.

Автор: Ф. ЖЮЛЬЕН “Трактат об эффективности”

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*